Жених

Три дня купеческая дочь
‎Наташа пропадала;
Она на двор на третью ночь
‎Без памяти вбежала.
C вопросами отец и мать
К Наташе стали приступать.
‎Наташа их не слышит,
‎Дрожит и еле дышит.

Тужила мать, тужил отец,
‎И долго приступали,
И отступились наконец,
‎А тайны не узнали.
Наташа стала, как была,
Опять румяна, весела,
‎Опять пошла с сестрами
‎Сидеть за воротами.

Раз у тесовых у ворот,
‎С подружками своими,
Сидела девица — и вот
‎Промчалась перед ними
Лихая тройка с молодцом.
Конями, крытыми ковром,
‎В санях он стоя правит
‎И гонит всех, и давит.

Он, поровнявшись, поглядел,
‎Наташа поглядела,
Он вихрем мимо пролетел,
‎Наташа помертвела.
Стремглав домой она бежит.
«Он! он! узнала! — говорит, —
‎Он, точно он! держите,
‎Друзья мои, спасите!»

Печально слушает семья,
‎Качая головою;
Отец ей: «Милая моя,
‎Откройся предо мною.
Обидел кто тебя, скажи,
Хоть только след нам укажи».
‎Наташа плачет снова.
И более ни слова.

Наутро сваха к ним на двор
‎Нежданая приходит.
Наташу хвалит, разговор
‎С отцом ее заводит:
«У вас товар, у нас купец;
Собою парень молодец,
‎И статный, и проворный,
‎Не вздорный, не зазорный.

Богат, умен, ни перед кем
‎Не кланяется в пояс,
А как боярин между тем
‎Живет, не беспокоясь;
А подарит невесте вдруг
И лисью шубу, и жемчуг,
‎И перстни золотые,
‎И платья парчевые.

Катаясь, видел он вчера
‎Ее за воротами;
Не по рукам ли, да с двора,
Да в церковь с образами?»
Она сидит за пирогом,
Да речь ведет обиняком,
‎А бедная невеста
‎Себе не видит места.

«Согласен, — говорит отец; —
‎Ступай благополучно,
Моя Наташа, под венец:
‎Одной в светелке скучно.
Не век девицей вековать,
Не всё косатке распевать,
‎Пора гнездо устроить,
‎Чтоб детушек покоить».

Наташа к стенке уперлась
‎И слово молвить хочет —
Вдруг зарыдала, затряслась,
‎И плачет и хохочет.
В смятеньи сваха к ней бежит,
Водой студеною поит
‎И льет остаток чаши
На голову Наташи.

Крушится, охает семья.
‎Опомнилась Наташа
И говорит: «Послушна я,
‎Святая воля ваша.
Зовите жениха на пир,
Пеките хлебы на весь мир,
‎На славу мед варите,
‎Да суд на пир зовите».

«Изволь, Наташа, ангел мой!
‎Готов тебе в забаву
Я жизнь отдать!» — И пир горой;
‎Пекут, варят на славу.
Вот гости честные нашли,
За стол невесту повели;
‎Поют подружки, плачут,
‎А вот и сани скачут.

Вот и жених — и все за стол.
‎Звенят, гремят стаканы,
Заздравный ковш кругом пошел;
‎Всё шумно, гости пьяны.

Жених.

«А что же, милые друзья,
Невеста красная моя
‎Не пьет, не ест, не служит:
‎О чем невеста тужит?»

Невеста жениху в ответ:
‎«Откроюсь на удачу.
Душе моей покоя нет,
‎И день, и ночь я плачу.
Недобрый сон меня крушит».
Отец ей: «Что ж твой сон гласит?
‎Скажи нам, что такое,
‎Дитя мое родное?»

«Мне снилось, — говорит она, —
‎Зашла я в лес дремучий,
И было поздно; чуть луна
‎Светила из-за тучи;
С тропинки сбилась я: в глуши
Не слышно было ни души,
‎И сосны лишь да ели
‎Вершинами шумели.

И вдруг, как будто наяву,
‎Изба передо мною.
Я к ней, стучу — молчат. Зову —
‎Ответа нет; с мольбою
Дверь отворила я. Вхожу —
В избе свеча горит; гляжу —
‎Везде сребро да злато,
‎Всё светло и богато».

Жених.

«А чем же худ, скажи, твой сон?
Знать жить тебе богато».

Невеста.

«Постой, сударь, не кончен он.
‎На серебро, на злато,
На сукна, коврики, парчу,
На новгородскую камчу
‎Я молча любовалась
‎И диву дивовалась.

Вдруг слышу крик и конский топ..
‎Подъехали к крылечку.
Я поскорее дверью хлоп,
‎И спряталась за печку.
Вот слышу много голосов...
Взошли двенадцать молодцов,
‎И с ними голубица
‎Красавица-девица.

Взошли толпой, не поклонясь,
‎Икон не замечая;
За стол садятся, не молясь
‎И шапок не снимая.
На первом месте брат большой,
По праву руку брат меньшой,
‎По леву голубица
‎Красавица-девица.

Крик, хохот, песни, шум и звон,
‎Разгульное похмелье...»

Жених.

«А чем же худ, скажи, твой сон?
‎Вещает он веселье».

Невеста.

«Постой, сударь, не кончен он.
Идет похмелье, гром и звон,
‎Пир весело бушует,
‎Лишь девица горюет.

Сидит, молчит, ни ест, ни пьет
‎И током слезы точит,
А старший брат свой нож берет,
‎Присвистывая точит;
Глядит на девицу-красу,
И вдруг хватает за косу,
‎Злодей девицу губит,
‎Ей праву руку рубит».

«Ну, это, — говорит жених,—
‎Прямая небылица!
Но не тужи, твой сон не лих,
‎Поверь, душа-девица».
Она глядит ему в лицо.
«А это с чьей руки кольцо?»
‎Вдруг молвила невеста,
‎И все привстали с места.

Кольцо катится и звенит,
‎Жених дрожит бледнея;
Смутились гости. — Суд гласит:
‎«Держи, вязать злодея!»
Злодей окован, обличен,
И скоро смертию казнен.
‎Прославилась Наташа!
‎И вся тут песня наша.

1825

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-06-04
9 января 1905 года началась революция. С Японией был подписан мирный договор, унизительный для России. Измученный нищенской жизнью народ восстал. В воспаленном петербургском воздухе прозвучали пушечные залпы. В холодных и мрачных казармах лейб-гвардии Гренадерского полка, где на квартире у отчима жил Блок, ждали солдаты, готовые по первому приказу стрелять по мятежной толпе. Недавняя жизнь, мирная и привольная, уже казалась театральной декорацией, которую может смести легкое дуновение ветерка.
2015-07-15
Заметный поворот в сторону вымысла в теме любви начинается с семнадцатой главы пятой книги. В поисках новой обстановки, пытаясь сбежать от гнетущей несправедливости своего положения, несходства характеров, разрушающего любовь, Арсеньев отправляется в поиски прибежища для больной души.
2015-07-21
Поворот неожиданный. Но для Бунина характерный. Его всегда интересовало внутреннее состояние человека в той или иной общественной атмосфере. Рабство и дальнейшее, пореформенное оскудение русских сел не могли не наложить мрачную печать на их обитателей, независимо от того, к какой социальной среде они принадлежали.