Зачем срубили...

Зачем срубили памятники Сталину?
Они б напоминали о былом
могуществе, добытом и оставленном
серьёзным, уважаемым вождём.

В любое время и во время оно
стоять на мёртвом — боже упаси!
Покойника, по древнему закону,
не принято тревожить на Руси.

По мёртвому ходить не полагалось,
могилу разворачивать — грешно.
Такая нам история досталась —
России вечно что-то суждено.

И столько было у неё величеств!
Мне как-то дед сказал: — Помаракуй,
всё культ да культ...
Была такая личность —
и потому, наверно, был и культ.

И что вы там о нём ни говорите,
как ни судите горько, горячо,
оставил он шинель, потёртый китель
да валенки подшитые ещё.

Но он к тому ж оставил государство
с таким авторитетом на земле,
что, милый мой, тут некуда деваться —
себя представьте хоть на миг в Кремле.

И всё, что обозначил он устами,
под стать ему лишь было одному.
— Какой ты Сталин?
Я ещё не Сталин! —
говаривал он сыну своему.

И на священной каменной трибуне
в седой мороз седьмого ноября
он верил в тех, что верили в июне,
спокойно о победе говоря.

Какая ж клокотала в нём природа
и как он исполински понимал,
когда здоровье русского народа
он высоко над миром поднимал!

Неужто так же сумрачно и тихо
он убивал на русском языке,
какую правду он унёс, владыка,
в своём рябом, оббитом кулаке?

Она первична, правда, а не слава,
она за ним стояла у руля,
её не свалишь краном с пьедестала
и не зароешь даже у Кремля.

Мы знали правду, дети перелома,
мы, дети безотцовщины, войны,
в кирпичных городах и на соломе
его улыбкой были спасены.

Быть может, мы любили безответно -
к такой любви не прикоснётся тлен.
Мы Сталина любили беззаветно,
какую веру дали нам взамен?

Мы верили, а веру убивали...
Но от неверья трижды тяжело,
и «Сталин — наша слава боевая»
мы пели вызывающе и зло.

Уже нам просто верить надоело,
уже нам подоспело всё узнать.
Не наше дело — это наше дело,
как будто маму обижают, мать.

И правда, перечёркнутая кровью
отцовских непридуманных времён,
то наша правда, кровная, сыновья, —
мы были б хуже, если бы не он.

Мы очень непростое поколенье,
нам донести тот пламень и накал,
чтоб первозданно полыхало «Ленин»,
чтоб обжигал «Интернационал»!

На наши плечи падает Россия,
на молодость надеется сейчас,
так думайте ж, ребята непростые, —
теперь никто не думает за нас.

Да будет шаг наш точным и могучим!
И это вера, а не просто крик.
За это гибли лучшие из лучших,
и гибли от врагов и от своих.

А кто ходил Но Мавзолею Ленина
и получал особые пайки?
Но, если спросят наше поколение:
— А были ль вообще большевики?

Я знаю их.
Они меня растили.
Горело свято на дверях «Партком».
Несытые строители России,
я тоже с детства был большевиком.

Как все, я грыз макуху с аппетитом,
и счастлив был,
и гордый был, как все.
Я сын его. И я необъективен.
Ведь это ж не о ком-то —
об отце.

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-06-04
Александр Блок с юности любил театр. До нас дошли воспоминания его младших современников, участвовавших вместе с Сашурой Блоком в детских спектаклях зимой в Петербурге, летом — в подмосковном Шахматове. Репертуар был разнообразен — отрывки из «Ромео и Джульетты», сочиненная Блоком совместно с Ф. Кублицким пьеса «Поездка в Италию», одна из комедий Лабиша на французском языке. «Конечно, инициатором и режиссером был Сашура»,— пишет участница некоторых спектаклей О. К. Самарина (Недзвецкая).
2015-07-21
Пейзаж в раннем творчестве Бунина — это не просто зарисовки художника, проникновенно ощущающего красоту родных полей и лесов, стремящегося воссоздать панораму мест, где живет и действует его герой. Пейзаж не только оттеняет и подчеркивает чувства героя. Природа в ранних рассказах Бунина объясняет человека, формирует его эстетические чувства. Вот почему писатель стремится уловить все ее оттенки.
2015-07-21
Иван Алексеевич часто размышлял об эстетической природе разных родов словесного искусства. В 1912 году он высказался на редкость убежденно: «...не признаю деления художественной литературы на стихи и прозу. Такой взгляд мне кажется неестественным и устаревшим. Поэтический элемент стихийно присущ произведениям изящной словесности как в стихотворной, так и в прозаической форме».