Вступление в поэму

Ни к чему, ни к чему, ни к чему полуночные бденья
И мечты, что проснёшься в каком-нибудь веке другом.
Время? Время дано. Это не подлежит обсужденью.
Подлежишь обсуждению ты, разместившийся в нём.

Ты не верь, что грядущее вскрикнет, всплеснувши руками:
«Вон какой тогда жил, да, бедняга, от века зачах».
Нету лёгких времен. И в людскую врезается память
Только тот, кто пронёс эту тяжесть на смертных плечах.

Мне молчать надоело. Проходят тяжёлые числа,
Страх тюрьмы и ошибок. И скрытая тайна причин...
Перепутано — всё. Все слова получили сто смыслов.
Только смысл существа остаётся, как прежде, один.

Вот такими словами начать бы хорошую повесть, —
Из тоски отупенья в широкую жизнь переход...
Да! Мы в Бога не верим, но полностью веруем в совесть,
В ту, что раньше Христа родилась и не с нами умрёт.

Если мелкие люди ползут на поверхность и давят,
Если шабаш из мелких страстей называется страсть,
Лучше встать и сказать, даже если тебя обезглавят,
Лучше пасть самому, — чем душе твоей в мизерность впасть.

Я не знаю, что надо творить для спасения века,
Не хочу оправданий, снисхожденья к себе — не прошу...
Чтобы жить и любить, быть простым, но простым человеком —
Я иду на тяжёлый, бессмысленный риск — и пишу.

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-06-24
Пунин Николай Николаевич (1888—1953) — искусствовед, муж Анны Андреевной Ахматовой. Письмо печатается по автографу. Оно подытоживает отношения этих людей, отличавшиеся сложностью и противоречивостью.
2015-07-06
Талант рождается один. Растет один. Творит один. И часто — воюет за призвание один. Но талант не одинок. Талант — вещий инструмент в руках народа, которым он, народ, измеряет жизнь, себя и время.
2015-07-15
В России осталось много всяких писем ко мне. Если эти письма сохранились, то уничтожьте их все, не читая,— кроме писем ко мне более или менее известных писателей, редакторов, общественных деятелей и так далее (если эти письма более или менее интересны).