Стихи Дербенева, Всё могут короли

Всё могут короли

Жил да был, жил да был, жил да был один король,
Правил он, как мог, страною и людьми.
Звался он Луи Второй, звался он Луи Второй,
Но впрочем песня не о нём, а о любви.

В те времена жила красавица одна -
У стен дворца она пасла гусей.
Но для Луи была милее всех она,
Решил Луи, что женится на ней.

Всё могут короли,
Всё могут короли,
И судьбы всей земли
Вершат они порой,
Но что ни говори,
Жениться по любви
Не может ни один,
Ни один король.

- Я женюсь, я женюсь, я женюсь, - Луи сказал,
Но сбежались тут соседи-короли.
Ой какой же был скандал, ой какой же был скандал,
Но впрочем песня не о нём, а о любви.

И под венец Луи пошёл совсем с другой, -
В родне у ней все были короли,
Но если б видел кто портрет принцессы той,
Не стал бы он завидовать Луи.

Всё могут короли,
Всё могут короли,
И судьбы всей земли
Вершат они порой,
Но что ни говори,
Жениться по любви
Не может ни один,
Ни один король.

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-07-21
Одоевцева, одна из молодых писателышц-эмигранток, жена Иванова, примыкавшего в России к акмеистическому кругу, любимая, по ее утверждению, ученица Гумилева, недавно выпустившая книгу о нем, так писала о Кузнецовой: «Нет, ни на Беатриче, ни на Лауру она совсем не похожа.. Она была очень русской, с несколько тяжеловесной, славянской прелестью. Главным ее очарованием была медлительная женственность и кажущаяся покорность, что, впрочем, многим не нравилось».
2015-08-27
Князь Сергей Михайлович Волконский (1860—1937) — внук декабриста, театральный деятель. В 1899—1901 годах был директором императорских театров, он автор статей о ритмическом воспитании, книги«Человек на сцене» (1912) — о ритме и выразительности движений. С осени 1918 года С.М.Волконский жил в Москве, читал лекции в Институте слова, преподавал в Художественном театре, в студии Вахтангова, в еврейском театре Габима.
2015-07-15
На протяжении всей своей жизни Бунин сознавал неослабевающую, чарующую власть Пушкина над собой. Еще в юности Бунин поставил великого поэта во главе отечественной и мировой литературы — «могущественного двигателя цивилизации и нравственного совершенствования людей». В трудные, одинокие годы эмиграции писатель отождествлял свое восприятие русского гения с чувством Родины: «Когда он вошел в меня, когда я узнал и полюбил его?