Вот ещё один угас...

Вот ещё один угас...
Мы не ждали, не гадали.
Скоро скажут и про нас:
Жили-были, горевали.
Как-нибудь - да доживём,
Доползём, доковыляем,
Хлеб насущный дожуём,
Рубль последний разменяем.
Поделились, чем могли,
В дочки-внучки поиграли,
Ничего не сберегли,
Всё на свете потеряли.
Напоследок, чёрт возьми,
Без претензий на кокетство,
Станем добрыми людьми
До конца впадая в детство.
И не скажем ничего,
Выйдя вместе на экзамен,
Перед светлыми Его,
Всё простившими глазами.

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-07-15
В 1921 году Бунин записал: Печаль пространства, времени, формы преследует меня всю жизнь. И всю жизнь, сознательно и бессознательно, то и дело преодолеваю их. Но на радость ли? И да — и нет. Я жажду и живу не только своим настоящим, но и своей прошлой жизнью и тысячами чужих жизней, современный мне, и прошлым всей истории всего человечества со всеми странами его. Я непрестанно жажду приобретать чужое и претворять его в себе.
2015-07-05
Немаловажная проблема, когда мы говорим о Есенине сегодня и завтра, самым непосредственным образом связанная с пребыванием поэта в Европе и Америке: встречей «лицом к лицу» с русской эмиграцией — и прежде всего, с возникшим на Западе после Октября 1917 года русским литературным зарубежьем.
2015-04-07
Почему же только месяц, когда я прожил в Ташкенте не менее трех лет? Да потому, что для меня тот месяц был особенным. Сорок три года спустя возникла непростая задача вспомнить далекие дни, когда люди не по своей воле покидали родные места: шла война! С большой неохотой переместился я в Ташкент из Москвы, Анна Ахматова — из блокадного Ленинграда. Так уж получилось: и она, и я — коренные петербуржцы, а познакомились за много тысяч километров от родного города. И произошло это совсем не в первые месяцы после приезда.