В шинельке, перешитой по фигуре...

«В шинельке, перешитой по фигуре,
Она прошла сквозь фронтовые бури...» -
Читаю и становится смешно:
В те дни фигурками блистали лишь в кино,
Да в повестях, простите, тыловых,
Да кое-где в штабах прифронтовых.
Но по-другому было на войне -
Не в третьем эшелоне, а в огне.

...С рассветом танки отбивать опять,
Ну, а пока дана команда спать.
Сырой окоп - солдатская постель,
А одеяло - волглая шинель.
Укрылся, как положено, солдат:
Пола шинели - под, пола шинели - над.
Куда уж тут её перешивать!
С рассветом танки ринутся опять,
А после (если не сыра земля!) -
Санрота, медсанбат, госпиталя...

Едва наркоза отойдёт туман,
Приходят мысли побольнее ран:
«Лежишь, а там тяжёлые бои,
Там падают товарищи твои...»
И вот опять бредёшь ты с вещмешком,
Брезентовым стянувшись ремешком.
Шинель до пят, обрита голова -
До красоты ли тут, до щегольства?
Опять окоп - солдатская постель,
А одеяло - волглая шинель.
Куда её перешивать? Смешно!
Передний край, простите, не кино...

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-07-15
В России осталось много всяких писем ко мне. Если эти письма сохранились, то уничтожьте их все, не читая,— кроме писем ко мне более или менее известных писателей, редакторов, общественных деятелей и так далее (если эти письма более или менее интересны).
2015-07-21
Тема любви у Бунина — большое «окно» в жизнь. Она позволяет ему соотнести глубокие душевные переживания с явлениями внешней жизни, а также проникать в «тайная тайных» человеческой души, исходя из влияния на человека объективной действительности. Великое чувство, связывающее людей, превращается под пером Бунина в страдание, приносящее горечь и мучительную боль. Тема любви очень важна в плане эстетического отношения писателя к действительности и многое разъясняет в его миропонимании.
2015-04-08
Благоговея перед величием имени и необыкновенностью личности Анны Андреевны Ахматовой, я никогда не смел даже помыслить о том, чтобы когда-нибудь дерзнуть вылепить ее натурный портрет. Нагловатостью и авантюризмом, казалось мне, попахивала сама идея встречи с нею, уже при жизни ставшей классиком современной русской литературы. И наверное, я так никогда и не осмелился бы подойти к ней с просьбой о позировании если бы...