Читатели газет

Ползёт подземный змей,
Ползёт, везёт людей.
И каждый - со своей
Газетой (со своей
Экземой!). Жвачный тик,
Газетный костоед.
Жеватели мастик,
Читатели газет.

Кто - чтец? Старик? Атлет?
Солдат? - Ни черт, ни лиц,
Ни лет. Скелет - раз нет
Лица: газетный лист!
Которым - весь Париж
С лба до пупа одет.
Брось, девушка!
Родишь -
Читателя газет.

Кача - «живёт с сестрой» -
ются - «убил отца!» -
Качаются - тщетой
Накачиваются.

Что для таких господ -
Закат или рассвет?
Глотатели пустот,
Читатели газет!

Газет - читай: клевет,
Газет - читай: растрат.
Что ни столбец - навет,
Что ни абзац - отврат...

О, с чем на Страшный суд
Предстанете: на свет!
Хвататели минут,
Читатели газет!

- Пошёл! Пропал! Исчез!
Стар материнский страх.
Мать! Гуттенбергов пресс
Страшней, чем Шварцев прах!

Уж лучше на погост, -
Чем в гнойный лазарет
Чесателей корост,
Читателей газет!

Кто наших сыновей
Гноит во цвете лет?
Смесители кровей,
Писатели газет!

Вот, други, - и куда
Сильней, чем в сих строках! -
Что думаю, когда
С рукописью в руках

Стою перед лицом
- Пустее места - нет! -
Так значит - нелицом
Редактора газет-

ной нечисти.

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-06-24
Начало моего знакомства с Анной Андреевной Ахматовой относится к 1924 году, когда ее близкая подруга О. А. Глебова-Судейкина уезжала за границу, а друзья моих родителей въезжали в освобождавшуюся квартиру О. А. Глебовой-Судейкиной в доме на углу набережных Невы и Фонтанки.
2015-07-21
Первый рассказ «Темные аллеи», давший название всему циклу, развивает мотив рассказа «Ида»: сожаления об утраченном счастье иллюзорны, ибо жизнь идет так, как должна идти, и человек не волен внести в нее какие-то перемены. Герой рассказа «Темные аллеи», еще будучи молодым помещиком, соблазнил прелестную крестьянку Надежду. А затем его жизнь пошла своим чередом. И вот по прошествии многих лет он, будучи уже военным в больших чинах, проездом оказывается в тех местах, где любил в молодости. В хозяйке заезжей избы он узнает Надежду, постаревшую, как и он сам, но все еще красивую женщину.
2015-05-19
Блок и Белый появились в переломный для русского символизма момент. «Так символически ныне расколот, — писал Белый, — в русской литературе между правдою личности, забронированной в форму, и правдой народной, забронированной в проповедь, — русский символизм, еще недавно единый.