Стоял сентябрь в аллеях Петергофа

Стоял сентябрь в аллеях Петергофа,
И где-то в травах, слышимый едва,
Дышал прибой, опять слагая в строфы
Веками позабытые слова.

Всё было сном: фонтаны и трава,
Леса в огне, подобные закату.
Лишь яхта, убегавшая к Кронштадту,
Крылатая, одна была жива.

И я тогда подумал о тебе,
Единственной и в радости и в горе,
Что стало так, — и ты в моей судьбе —
Как эта яхта в предвечернем море,
Совсем одна живёшь...

Но целый свет
Мне повторяет голос твой стоусто,
Пока ты — здесь, уйдёшь — и станет пусто,
Как там, где — помнишь? — парус был и — нет...

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-08-27
В 1908—1910 гг. Иван Владимирович часто уезжал из Москвы. То он должен был ехать в Петербург в связи с передачей редчайшей египетской коллекции В. С. Голенищева, то в Каир на Всемирный археологический конгресс, а оттуда в Афины, в Европу приобретать слепки для музея.
2015-07-06
Прочитав однажды до предела субъективные рассуждения Ю.Айхенвальда о своей поэзии, Александр Блок под свежим впечатлением от них написал: «Как можно критику, серьезному, быть столь импрессио-нистичным, столь порхающим с предмета на предмет, столь не считающимся о простейшими историко-литературными приемами?
2015-06-04
С высокого холма, где когда-то среди леса, на берегу небольшого пруда стояла усадьба Шахматово, взору открываются бескрайние скромные просторы Средней России. Быстрая, то скрывающаяся в оплетенных хмелем дремучих зарослях ольхи и ивы, то вырывающаяся на простор лугов ледяная речка Лутосня где-то вдали пропадает в темной чаще леса.