Стихи о моём солдате

Когда, чеканный шаг равняя,
идут солдаты на парад —
я замираю, вспоминая,
что был на свете мой солдат.

...Война. И враг под Сталинградом.
И нету писем от отца.
А я — стою себе с солдатом
у заснежённого крыльца.

Ни о любви, ни о разлуке
не говорю я ничего.
И только молча грею руки
в трёхпалых варежках его.

Потом — прощаюсь целый вечер
и возвращаюсь к дому вновь.
И первый снег летит навстречу,
совсем как первая любовь.

Какой он был? Он был весёлый.
В последний год перед войной
он только-только кончил школу
и только встретился со мной.

Он был весёлый, тёмно-русый,
над чубом — красная звезда.
Он в бой пошёл под Старой Руссой
и не вернётся никогда.

Но всё равно — по переулкам
и возле дома моего
идут солдаты шагом гулким,
и все — похожи на него.

Идут, поют, равняя плечи.
Ушанки сдвинуты на бровь.
И первый снег летит навстречу —
и чья-то первая любовь.

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-04-07
Этот документ достаточно стар: ему около шестидесяти лет. Он небольшого формата, чуть побольше почтовой открытки; он пожелтел от времени, ветшает и выцветает с каждым годом. Но я бережно храню его между двумя листами чистой бумаги в папке, где помещаются наиболее ценные для меня документы.
2015-08-27
В 1908—1910 гг. Иван Владимирович часто уезжал из Москвы. То он должен был ехать в Петербург в связи с передачей редчайшей египетской коллекции В. С. Голенищева, то в Каир на Всемирный археологический конгресс, а оттуда в Афины, в Европу приобретать слепки для музея.
2015-07-15
«Жизнь Арсеньева» состоит из множества фрагментов, но впечатления мозаики не производит. Мы не замечаем причудливого узора соединительных линий, а бесконечно разнообразный бунинский пейзаж способствует превращению мозаики в огромное и цельное полотно.