Старая песня

Песни, что ли, вы хотите?
Песня будет не нова...
Но для музыки возьмите
В ней слова, слова, слова.
Обвинять ли наше племя,
Иль обычай так силён,
Что поём мы в наше время
Песню дедовских времён?

Жил чиновник небогатый.
Просто жил, как бог велел -
И, посты хранивши свято,
Тысяч сто нажить умел.
Но по злобному навету
Вдруг от места отрешён...
Да когда ж мы кончим эту
Песню дедовских времён?

Мой сосед в своём именьи
Вздумал школы заводить;
Сам вмешался в управленье,
Думал бедных облегчить...
И пошла молва по свету,
Что приятель повреждён.
Да когда ж мы кончим эту
Песню дедовских времён?

Сам не знаю - петь ли дальше...
Я красавицу знавал:
Захотелось в генеральши -
И нашёлся генерал.
В этом смысла даже нету,
Был другой в неё влюблён...
Да когда ж мы кончим эту
Песню дедовских времён?

Песню старую от века,
Как языческий кумир -
Где превыше человека
Ставят шпоры и мундир,
Где уму простора нету,
Где бессмысленный силён...
Да когда ж мы кончим эту
Песню дедовских времён?

Да когда ж споём другую?
Разве нету голосов?
И не стыдно ль дрянь такую
Петь уж несколько веков?
Или спать, сложивши руки,
При движении племён,
Богатырским сном под звуки
Песни дедовских времён?

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-07-14
В годы реакции Бунин создал свои выдающиеся произведения — «Деревню» и «Суходол». Горький писал о большом значении «Деревни»: Я знаю, что когда пройдет ошеломленность и растерянность, когда мы излечимся от хамской распущенности...
2015-06-04
Художники редко писали портреты Александра Блока при его жизни. До сих пор наиболее известен пастельный портрет поэта, выполненный Константином Сомовым в 1907 году по заказу издателя журнала «Золотое Руно» Рябушинского и опубликованный в первом номере этого журнала за 1908 год.
2015-04-08
Я, как это ни странно, не помню первой нашей встречи с Анной Андреевной. Не хочу, не могу ничего придумывать, прибавлять — не имею на это права. Я пишу так как помню. Если бы, знакомясь с ней, я могла предположить что придется об этом писать! Обычно я робела и затихала в ее присутствии и слушала ее голос, особенный этот голос, грудной и чуть глуховатый, он равномерно повышался и понижался, как накат волны, завораживая слушателя.