Сельский мемориал

Хотя не очень-то дешёвую
достал, однако — повезло —
плиту большую и тяжёлую
повёз на поезде в село.

И думал: «Нынче-то не в гости я
и не в село — на край села,
где средь бурьянного спокойствия,
крестов, бутылок и стекла

уснула мама. Скоро стает ведь
холмишко, тронутый тропой...»
И он решил исполнить заповедь
свою — пред мамой и собой.

Весь отпуск
буковку за буковкой
он в белый мрамор набивал
с утра, пока закат обугленный
не проливал в траву металл.

В последний день пришёл проститься он -
и, одурев до немоты,
стоял над мелкими частицами
разбитой вдребезги плиты.

Кому-то, значит, не понравилась
средь ржавых прутьев и гнилья
такая искренняя правильность,
несовместимая, своя.

Да ведь иного не захочется,
как наплевать на честь и мать,
когда по мёртвым лихо топчемся
и по живым — не привыкать.

И потому финал заслуженный —
как по башке из-за угла
тому, в ком память не остужена
и боль, как святость, не прошла.

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-06-04
С высокого холма, где когда-то среди леса, на берегу небольшого пруда стояла усадьба Шахматово, взору открываются бескрайние скромные просторы Средней России. Быстрая, то скрывающаяся в оплетенных хмелем дремучих зарослях ольхи и ивы, то вырывающаяся на простор лугов ледяная речка Лутосня где-то вдали пропадает в темной чаще леса.
2015-07-06
Есть еще немаловажная проблема, к которой сегодня приковано внимание и литературной общественности, и многочисленных поклонников поэзии Есенина, и, конечно же, средств массовой информации. За последнее время появилось множество статей и публикаций с «версиями» о смерти Есенина. Сразу же заметим. Интерес к поэту, к последнему году его жизни и ко всем обстоятельствам, связанным так или иначе с уходом Есенина из жизни, в наши дни — естественен и закономерен.
2015-07-06
Поздней осенью 1915 года на улицах Петрограда появилась неброская афиша, извещавшая публику о том, что в концертном зале Тенишевского училища в воскресенье, 25 октября 1915 года состоится вечер «Краса» с участием поэтов Сергея Городецкого, Алексея Ремизова, Сергея Есенина, Николая Клюева. Были указаны еще три фамилии: Александр Ширяевец, Сергей Клычков и Павел Радимов.