Разочарование

Скажи: совсем ли ты мне изменил,
Доселе неизменный мой хранитель?
Для узника в волшебную обитель
Темницу превращал ты, Исфраил.
Я был один, покинут всеми в мире,
Всего страшился, даже и надежд...
Бывало же, коснёшься тёмных вежд —
С них снимешь мрак, дашь жизнь и пламень лире, —
И снова я свободен и могуч:
Растаяли затворы, спали цепи,
И, как орёл под солнцем из-за туч
Обозревает горы, реки, степи, —
Так вижу мир, раскрытый под собой,
И, радостен, сквозь ужас хладной ночи,
Бросаю полные восторга очи
На свиток, писанный судьбы рукой!..
А ныне пали стены предо мной:
Я волен: что же? Бледные заботы,
И грязный труд, и вопль глухой нужды,
И визг детей, и стук тупой работы
Перекричали песнь златой мечты,
Смели, как прах, с души моей виденья,
Отняли время и досуг творить —
И вялых дней безжизненная нить
Прядётся мне из мук и утомленья.

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-07-21
Последние страницы второй книги «Жизни Арсеньева» посвящены поре мужания юного Арсеньева. Удивительная зоркость, тонкое обоняние, совершенный слух открывают перед юношей все новые красоты природы, все новые сочетания между ее компонентами, все новые и прекрасные формы ее созревания, весеннего расцвета.
2015-07-05
Подобно живой жизни, поэзия — всегда в вечном и неустанном движении к идеалу добра и красоты, в постоянном настойчивом стремлении запечатлеть в Слове неповторимый Лик родной земли. «...Моя лирика жива одной большой любовью: любовью к Родине. Чувство Родины — основное в моем творчестве». Есенин был убежден: «нет поэта без родины». Убежден с юношеских лет, с первых своих шагов в русской поэзии.
2015-07-06
Я очень люблю стихи Есенина... Есть в есенинской певучей поэзии прелесть незабываемая, неотразимая. Так писал в конце 1950 года в эмиграции бывший поэт-акмеист «второго призыва» Георгий Адамович. Тот самый, который при жизни Есенина называл его поэзию до крайности скудной, жалкой и беспомощной, а в воспоминаниях, опубликованных в парижском «Звене» в начале 1926 года, заметил: «Поэзия Есенина — слабая поэзия»; «поэзия Есенина не волнует меня нисколько и не волновала никогда»