Поезд жизни

Не штык - так клык, так сугроб, так шквал,
В Бессмертье что час - то поезд!
Пришла и знала одно: вокзал.
Раскладываться не стоит.

На всех, на всё - равнодушьем глаз,
Которым конец - исконность.
О как естественно в третий класс
Из душности дамских комнат!

Где от котлет разогретых, щёк
Остывших... - Нельзя ли дальше,
Душа? Хотя бы в фонарный сток
От этой фатальной фальши:

Папильоток, пелёнок,
Щипцов калёных,
Волос палёных,
Чепцов, клеёнок,
О - де - ко - лонов
Семейных, швейных
Счастий (klein wenig!)
Взят ли кофейник?
Сушек, подушек, матрон, нянь,
Душности бонн, бань.

Не хочу в этом коробе женских тел
Ждать смертного часа!
Я хочу, чтобы поезд и пил и пел:
Смерть - тоже вне класса!

В удаль, в одурь, в гармошку, в надсад, в тщету!
- Эти нехристи и льнут же! -
Чтоб какой-нибудь странник: «На тем свету»...
Не дождавшись скажу: лучше!

Площадка. - И шпалы. - И крайний куст
В руке. - Отпускаю. - Поздно
Держаться. - Шпалы. - От стольких уст
Устала. - Гляжу на звёзды.

Так через радугу всех планет
Пропавших - считал-то кто их? -
Гляжу и вижу одно: конец.
Раскаиваться не стоит.

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-04-07
Этот документ достаточно стар: ему около шестидесяти лет. Он небольшого формата, чуть побольше почтовой открытки; он пожелтел от времени, ветшает и выцветает с каждым годом. Но я бережно храню его между двумя листами чистой бумаги в папке, где помещаются наиболее ценные для меня документы.
2015-06-24
Анна Ахматова живет в Мраморном дворце. Дворец — грязный и путаный. Старый, беззубый. Впереди него — Нева, позади — Марсово поле. Простор ветры и небо.
2015-07-15
Тема любви прозвучала во весь голос в последней, пятой книге «Жизни Арсеньева». Над пятой книгой («Лика») Бунин работал с перерывами с 1933 по 1939 год. Сначала Бунин отделял «Лику» от первых четырех книг. Об этом, в частности, свидетельствует первый полный выпуск романа в 1939 году в издательстве «Петрополис». На обложке книги значилось: «Бунин. «Жизнь Арсеньева». Роман «Лика».