Поднимается белый холодный рассвет.

Поднимается белый холодный рассвет.
В мёрзлых лужах пожухлая стынет трава.
Словно в жизни хорошего больше и нет.
Только грудь всё болит да болит голова.

Обещая сиянье сентябрьского дня,
Скоро хлынет заря - на больницу, на парк...
Милый доктор! Домой отпустите меня.
Я бы с сыном сегодня пошёл в зоопарк.

Посмотрели бы белых полярных лисиц
И попили с печеньем в кафе молока.
Покормили бы первых осенних синиц
На площадке подросшего молодняка...

И плясал бы медведь, и смеялся бы сын.
Очень весело было бы мне и ему.
Я бы очень толково ему объяснил
Все его бесконечные «как? почему?»

Полыхает заря, тонко-тонко звеня.
В нежном розовом свете берёзовый парк...
Милый доктор! Домой отпустите меня -
Я бы с сыном сегодня пошёл в зоопарк.

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-05-19
Блок и Белый появились в переломный для русского символизма момент. «Так символически ныне расколот, — писал Белый, — в русской литературе между правдою личности, забронированной в форму, и правдой народной, забронированной в проповедь, — русский символизм, еще недавно единый.
2015-07-06
Тему этого сообщения подсказали мне материалы, которые встретились в процессе работы над книгой «С.Есенин, Жизнеописание в документах».
2015-08-27
В 1914 году Цветаева познакомилась с московской поэтессой Софьей Яковлевной Парнок (1885—1933), которая была также и переводчицей, и литературным критиком. (До революции она подписывала свои статьи псевдонимом Андрей Полянин.) Позднее, в двадцатых годах, у Парнок вышло из печати несколько сборников стихов.