Письмо

У вас в Москве
Сейчас бушует лето,
Бензином обжигает тополя, —
Со всех эстрад
свирепствуют поэты,
Сердитыми бровями шевеля;
И лабухи наяривают лихо,
И на асфальте
тополиный снег, —
А здесь так тихо,
Так темно и тихо,
Что хочется спросить;
Который век?
Я здесь живу
негордо и немудро.
Над сеновалом — крыша из коры.
Но к первому
Ко мне приходит утро
Тремя лучами
через три дыры.
Здесь всё не так,
Здесь всё наоборот:
Простые люди нервничают редко.
Бывают схватки
лишь за огород
Между моей хозяйкой и соседкой.
Я никого уже не украду
И никуда отсюда не уеду, —
Слегка пишу,
обычаи блюду,
Всегда иду,
когда зовут к обеду.
А к вам в Москву
черёмуху везут,
Прямые ливни пляшут на панели,
Плывёт по лужам радужный мазут,
И голуби от солнца ошалели...
Хочу спросить:
Как вам живётся там?
Какое горе встало за плечами?
Кто ходит там
за вами по пятам?
О ком тихонько плачете ночами?
Не обо мне, конечно...
Ну так что ж,
Помиримся —
не маленькие вроде...
Сегодня колос выметала рожь
И кончилось сраженье в огороде.

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-08-27
В 1908—1910 гг. Иван Владимирович часто уезжал из Москвы. То он должен был ехать в Петербург в связи с передачей редчайшей египетской коллекции В. С. Голенищева, то в Каир на Всемирный археологический конгресс, а оттуда в Афины, в Европу приобретать слепки для музея.
2015-07-21
Первый рассказ «Темные аллеи», давший название всему циклу, развивает мотив рассказа «Ида»: сожаления об утраченном счастье иллюзорны, ибо жизнь идет так, как должна идти, и человек не волен внести в нее какие-то перемены. Герой рассказа «Темные аллеи», еще будучи молодым помещиком, соблазнил прелестную крестьянку Надежду. А затем его жизнь пошла своим чередом. И вот по прошествии многих лет он, будучи уже военным в больших чинах, проездом оказывается в тех местах, где любил в молодости. В хозяйке заезжей избы он узнает Надежду, постаревшую, как и он сам, но все еще красивую женщину.
2015-07-06
С этими словами, вынесенными в заголовок, Сергей Александрович Есенин обратился к одному из своих бакинских друзей — Евсею Ароновичу Гурвичу в единственном посвященном ему экспромте, который достаточно хорошо известен.