Отчаянье

Довольно: не жди, не надейся -
Рассейся, мой бедный народ!
В пространство пади и разбейся
За годом мучительный год!

Века нищеты и безволья.
Позволь же, о родина-мать,
В сырое, в пустое раздолье,
В раздолье твоё прорыдать: -

Туда, на равнине горбатой, -
Где стая зелёных дубов
Волнуется купой подъятой
В косматый свинец облаков,

Где по полю Оторопь рыщет,
Восстав сухоруким кустом,
И в ветер пронзительно свищет
Ветвистым своим лоскутом,

Где в душу мне смотрят из ночи.
Поднявшись над сетью бугров,
Жестокие, жёлтые очи
Безумных твоих кабаков, -

Туда, - где смертей и болезней
Лихая прошла колея, -
Исчезни в пространстве, исчезни,
Россия, Россия моя!

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-04-07
Этот документ достаточно стар: ему около шестидесяти лет. Он небольшого формата, чуть побольше почтовой открытки; он пожелтел от времени, ветшает и выцветает с каждым годом. Но я бережно храню его между двумя листами чистой бумаги в папке, где помещаются наиболее ценные для меня документы.
2015-06-14
Для Блока все непросто даже в эти первые месяцы революции. Есть вещи, которые его смущают: он не может их не замечать и оставаться безучастным. На Украине русские солдаты братаются с немцами, но к северу, на Рижском фронте, немцы стремительно наступают. Не хватает хлеба, по ночам постреливают, вдали грохочет пушка.
2015-06-04
Вспоминается день, когда я впервые увидел блоковскую Кармен. Осенью 1967 года я шел набережной Мойки к Пряжке, к дому, где умер поэт. Это был любимый путь Александра Блока. От Невы, через Невский проспект— все удаляясь от центра — так не раз ходил он, поражаясь красоте своего родного города. Я шел, чтобы увидеть ту, чье имя обессмертил в стихах Блок, как Пушкин некогда Анну Керн.