О Пушкине

...И Пушкин падает в голубоватый
Колючий снег. Он знает - здесь конец...
Недаром в кровь его влетел крылатый,
Безжалостный и жалящий свинец.
Кровь на рубахе... Полость меховая
Откинута. Полозья дребезжат.
Леса и снег и скука путевая,
Возок уносится назад, назад...
Он дремлет, Пушкин. Вспоминает снова
То, что влюблённому забыть нельзя, -
Рассыпанные кудри Гончаровой
И тихие медовые глаза.
Случайный ветер не разгонит скуку,
В пустынной хвое замирает край...
...Наёмника безжалостную руку
Наводит на поэта Николай!
Он здесь, жандарм! Он из-за хвои леса
Следит - упорно, взведены ль курки,
Глядят на узкий пистолет Дантеса
Его тупые, скользкие зрачки.
И мне ли, выученному, как надо
Писать стихи и из винтовки бить,
Певца убийцам не найти награду,
За кровь пролитую не отомстить?
Я мстил за Пушкина под Перекопом,
Я Пушкина через Урал пронёс,
Я с Пушкиным шатался по окопам,
Покрытый вшами, голоден и бос.
И сердце колотилось безотчётно,
И вольный пламень в сердце закипал,
И в свисте пуль за песней пулемётной
Я вдохновенно Пушкина читал!
Идут года дорогой неуклонной,
Клокочет в сердце песенный порыв...
...Цветёт весна - и Пушкин отомщённый
Всё так же сладостно-вольнолюбив.

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-04-07
Почему же только месяц, когда я прожил в Ташкенте не менее трех лет? Да потому, что для меня тот месяц был особенным. Сорок три года спустя возникла непростая задача вспомнить далекие дни, когда люди не по своей воле покидали родные места: шла война! С большой неохотой переместился я в Ташкент из Москвы, Анна Ахматова — из блокадного Ленинграда. Так уж получилось: и она, и я — коренные петербуржцы, а познакомились за много тысяч километров от родного города. И произошло это совсем не в первые месяцы после приезда.
2015-07-15
В России осталось много всяких писем ко мне. Если эти письма сохранились, то уничтожьте их все, не читая,— кроме писем ко мне более или менее известных писателей, редакторов, общественных деятелей и так далее (если эти письма более или менее интересны).
2015-07-06
По свидетельству современников, ранняя и неожиданная смерть Александра Ширяевда была в судьбе Есенина первой и, может быть, единственной невосполнимой потерей. «В ту страну, где тишь и благодать», ушел, не попрощавшись, не просто необходимый собеседник, верный соратник по литературной работе. Ушел человек из разряда тех, чье существование для его окружения естественно, как вдох и выдох, и чье отсутствие на празднике жизни делает его, этот праздник, неполноценным.