Ночная охота

Неужель последним днём
Станет день вчерашний?
Неужели мы умрём?

На сосне сидим вдвоём
Над овсяной пашней
И с медведем схватки ждём —
Может, рукопашной.

Кто в тайге ни запоздал
Этой ночью стылой —
Песни пел или кричал,
Чтоб не страшно было.

Торопливо от болот
Не дорогой — полем
Ребятишки гонят скот.
Заблудились, что ли?

Далеко слыхать, как бьют
Плётками с размаха.
И смеются, и поют,
И кричат — от страха.

Пронеслась толпа девчат,
Словно птичек стая,
Оглашенно хохоча —
Страх превозмогая.

Нам ни двигаться, ни петь,
Мы сидим, как мыши:
Может, рядом он, медведь,
Видит нас и слышит?

В речке рыба раз и два
Бухнула спросонок,
Да заплакала сова,
Как больной ребёнок.

Налегке молоковоз
Большаком проехал:
Звон бидонов, стук колёс —
И опять лишь эхо.

Воздух, будто про запас,
Полным ртом хватаем
И в десятый, в сотый раз
Ружья проверяем.

Вдруг курки не взведены,
А медведь в засаде?
Что, как с тыла, со спины,
Он насядет, сзади?

Вдруг не выдержит сосна?
Ведь бывает всяко...
И настала тишина,
Как перед атакой.

Ничего не разглядеть,
Словно в преисподней.

Может, всё-таки медведь
Не придёт сегодня?..

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-06-04
Более двадцати лет тому назад поднимался я впервые по широкой лестнице старого дома в одном из тишайших московских переулков близ Арбата. Было странно сознавать, что когда-то и Александр Блок подходил к этой дубовой двери на втором этаже и нажимал на черную кнопку старинного электрического звонка.
2015-07-06
Прочитав однажды до предела субъективные рассуждения Ю.Айхенвальда о своей поэзии, Александр Блок под свежим впечатлением от них написал: «Как можно критику, серьезному, быть столь импрессио-нистичным, столь порхающим с предмета на предмет, столь не считающимся о простейшими историко-литературными приемами?
2015-06-04
Январь 1918 года. Это время особенно привлекает исследователей творчества Александра Блока, потому что именно тогда была создана поэма «Двенадцать», которой крупнейший поэт конца XIX века приветствовал наступление новой эпохи. В январе 1918 года Блок переживал высший подъем революционного настроения. «Двенадцать», «Скифы», статья «Интеллигенция и революция» — ярчайшее тому свидетельство.