Не пилось, не читалось

Не пилось, не читалось,
Не работалось мне.
Вековая усталость
Словно горб на спине.
И ухмылка урода
Замыкает уста.
Думал — это свобода,
А она — пустота.
Я ни маски, ни грима
Не носил, не менял;
Смотрит женщина мимо:
Дождалась не меня.
Этот, сизый от браги,
С нехорошим лицом,
Чужд любви и отваге
Перед близким концом...
Знать, остыли ладони,
Источавшие пыл,
Видно, умерли кони,
Те, которых поил.
Все собаки подохли,
Те, которых кормил.
А любимых я мог ли
Уберечь от могил?..
Вот все двери открылись:
Вижу дали и высь,
Алкаши похмелились —
Хоть гуляй, хоть топись.
Просвистели все пули,
Только мимо висков,
Все солдаты уснули,
Не спросив отпусков.
И сижу я на круче
И гляжу на закат
Слишком в жизни везучий
Недобитый солдат.

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-07-15
Осенью 1912 года Иван Алексеевич Бунин сказал корреспонденту «Московской газеты»: «...мною задумана и даже начата одна повесть, где темой служит любовь, страсть. Проблема любви до сих пор в моих произведениях не разрабатывалась. И я чувствую настоятельную необходимость написать об этом».
2015-06-04
Более двадцати лет тому назад поднимался я впервые по широкой лестнице старого дома в одном из тишайших московских переулков близ Арбата. Было странно сознавать, что когда-то и Александр Блок подходил к этой дубовой двери на втором этаже и нажимал на черную кнопку старинного электрического звонка.
2015-08-27
15 мая 1922 года Цветаева с десятилетней дочерью Ариадной приехала в Берлин. Несмотря на то, что Берлин был тогда для русских писателей в изгнании своеобразной столицей, 1 августа того же года Цветаева уехала оттуда в Чехию. Жила там в деревнях Дольние и Горние Мокропсы, Новые Дворы, Иловищи, Вшеноры, бывала в Праге. Потом жила во Франции — под Парижем, в Париже. Россию не видала семнадцать лет.