На улице дождь

О, только бы слышать твой голос! В ночном телефоне - Москва,
Метель, новогодняя встреча, пушинки весёлого снега...
В гудящей мембране едва различимы слова,
Они задохнулись от тысячемильного бега.

О, только бы слышать твой голос! За окнами дождь. Глубина
Парижских асфальтов. Картавая песенка. Плёнка
Воды на панелях. И вновь запевает она -
Девчонка с гармоникой - нищенка в чёрной клеёнке.

О, только бы слышать твой голос! На улице дождь. Далеко
Качается песня. На улице дождь. Дорогая!
Вся сырость трущоб и полёт дождевых облаков
В гармонике ноют, от мёртвых дождей содрогаясь.

О, только бы слышать твой голос! На улице дождь. Говори -
Летят ли двенадцать ударов с Кремлёвских завьюженных башен?
Меня в эту полночь чужие томят фонари.
Мой тост передай ослепительной родине нашей.

О, только бы слышать твой голос! На улице дождь. Подо мной
Бесшумный, блестящий плывущих машин поединок.
«На улице дождь...» Вот слова этой песни ночной.
Играет гармоника песню дрожащих дождинок.

О, только бы слышать твой голос! Секунды уходят... Ответь:
- Морозит? Друзья наконец собрались? «Партизанскую» пели?
Так спойте ещё раз, как только умеете петь,
Для этой девчонки на чёрной парижской панели.

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-06-04
Великая, но, к сожалению, неоконченная поэма Блока «Возмездие» была задумана в Варшаве после похорон профессора Блока. Эпиграф взят из Ибсена: «Юность — это возмездие». Это произведение родилось из посмертной любви поэта к отцу, который при жизни был ему совершенно чужим.
2015-06-04
Многое связывает русского поэта Александра Александровича Блока с московской землей, но прежде всего Шахматове, небольшая усадьба его деда Андрея Николаевича Бекетова, затерявшаяся среди холмов, полей и лесов Подмосковья. Сюда летом 1881 года привез профессор Бекетов свою дочь Алю с шестимесячным сыном Сашурой из шумного Петербурга.
2015-07-21
Одоевцева, одна из молодых писателышц-эмигранток, жена Иванова, примыкавшего в России к акмеистическому кругу, любимая, по ее утверждению, ученица Гумилева, недавно выпустившая книгу о нем, так писала о Кузнецовой: «Нет, ни на Беатриче, ни на Лауру она совсем не похожа.. Она была очень русской, с несколько тяжеловесной, славянской прелестью. Главным ее очарованием была медлительная женственность и кажущаяся покорность, что, впрочем, многим не нравилось».