На смерть князя Г. А. Хованского

Друзья! Хованского не стало!
Увы! нам в гробе всем лежать;
На всех грозится смерти жало:
Лишь тронет, должно умирать!

Иной сидел в златой короне,
Как бог величием сиял, -
Взгляни... венец лежит на троне,
Но венценосец прахом стал.

Гроза земли, людей губитель,
Как Зевс яряся в бурной мгле,
Взывал: «Я мира победитель!»
Но пуля в лоб - герой в земле.

Нарцисс гордился красотою
И жизнь любовью украшал;
Но вдруг скелет махнул косою...
Прости любовь! Нарцисс увял.

Другой сидел над сундуками,
От вора золото стерёг;
Но, ах! за крепкими замками
Себя от смерти не сберёг!

Она и в пору и не в пору
Велит нам дом переменять;
Младенцев, старцев без разбору
Спешит за гроб переселять.

Блажен, кто, жизнь свою кончая,
Ещё надеждою живёт
И, мир покойно оставляя,
Без страха в тёмный путь идёт!

Друзья! так умер наш приятель.
Он верил, что есть бог сердец;
Он верил, что миров создатель
И здесь, и там для нас отец.

Чего же под его покровом
Бояться добрым в смертный час?
И там, и там, в жилище новом,
Найдутся радости для нас. -

Ничем Хованский не был славен;
Он был... лишь доброй человек,
В беседах дружеских забавен
И прожил без злодеев век.

Писал стихи, но не пасквили;
Писал, но зависти не знал;
Его немногие хвалили,
Он всех охотно прославлял.

Богатства Крёзов не имея,
Он добрым сердцем был богат;
Чем мог, делился не жалея;
Отдать последнее был рад.

Друзья! пойдём с душой унылой
Ему печальный долг воздать:
Поплакать над его могилой.
Нам также будет умирать!

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-07-15
Роман «Жизнь Арсеньева» — совершенно новый тип бунинской прозы. Он воспринимается необыкновенно легко, органично, поскольку постоянно будит ассоциации с нашими переживаниями. Вместе с тем художник ведет нас по такому пути, к таким проявлениям личности, о которых человек часто не задумывается: они как бы остаются в подсознании. Причем по мере работы над текстом романа Бунин убирает «ключ» к разгадке своего главного поиска, о котором вначале говорит открыто. Потому поучительно обратиться к ранним редакциям, заготовкам к роману.
2015-06-05
Для того чтобы понять глубину отношения Блока к такому сложному социально-политическому явлению, как Октябрьская революция, необходимо еще раз сказать о своеобразном, «музыкальном» восприятии Блоком мира. Он считал, что внешняя сущность окружающего скрывает глубокую внутреннюю музыкальную стихию, немеркнущее, вечно бушующее пламя, которое в разные исторические эпохи то вырывалось наружу, освещая благородным заревом мир, то глубоко скрывалось в недрах, оставаясь делом лишь бесконечно малого числа избранных.
2015-06-04
Летом 1912 года Мейерхольд и его труппа дали несколько представлений в Териоках — небольшом финском водном курорте в двух часах езды по железной дороге от Петербурга. Артисты сняли на все лето просторный загородный дом, окруженный огромным парком. Именно сюда почти каждую неделю Блок приезжает к жене. Играют Стриндберга, Гольдони, Мольера, Бернарда Шоу. Любови Дмитриевне поручены ответственные роли, она в восторге. Она любит общество, веселье, переезды, оперу, Вагнера, танцевальные вечера Айседоры Дункан, всяческую жизнь и движение. Ее счастье радует Блока. Его чествуют в Териоках, но он все сильнее ощущает усталость.