Мне, видно, нет другой дороги

Мне, видно, нет другой дороги -
Одна лежит... иди вперёд,
Тащись, покуда служат ноги,
А впереди - что бог пошлёт.

Всё грязь да грязь... Господь помилуй!
Устанешь, дух переведёшь,
Опять вперёд! Хоть не под силу,
Хоть плакать впору, - всё идёшь!

Нужда, печаль, тоска и скука,
Нет воли сердцу и уму...
Из-за чего вся эта мука -
Известно богу одному.

Уж пусть бы радость пропадала
Для блага хоть чьего-нибудь,
Была бы цель - душа б молчала,
Имел бы смысл тяжёлый путь;

Так нет! Какой-то враг незримый
Из жизни пытку создаёт
И, как палач неумолимый,
Над жертвой хохот издаёт...

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-06-14
В России век девятнадцатый стал веком трагических судеб, а двадцатый — веком самоубийств и преждевременных смертей. По словам Блока, «лицо Шиллера — последнее спокойное, уравновешенное лицо, какое мы вспоминаем в Европе». Но среди русских поэтов мы не встретим спокойных лиц. Прошлый век был к ним особенно жесток.
2015-07-15
Недалеко от Парижа, в маленьком городке Сен-Женевьев-дю-Буа, на православном кладбище, среди многочисленных захоронений наших соотечественников, есть скромное надгробие, на котором начертано всемирно известное русское имя: Иван Алексеевич Бунин. Свыше тридцати лет покоится его прах во французской земле. Но только в последние годы стали писать о трагической судьбе на чужбине, о забвении священной могилы выдающегося художника.
2015-07-15
Заметный поворот в сторону вымысла в теме любви начинается с семнадцатой главы пятой книги. В поисках новой обстановки, пытаясь сбежать от гнетущей несправедливости своего положения, несходства характеров, разрушающего любовь, Арсеньев отправляется в поиски прибежища для больной души.