Меня вчера ударил мент

Меня вчера ударил мент —
Товарищ Упокой,
За то, что я интеллигент,
Занюханный такой.
«Ты бомж! — орал он. — Ты жидам
Продался, дармоед!
Ты даже им не нужен там,
Задрипанный поэт!
Да я в гробу видал таких
Писателей, как ты,
Не переставишь раком их
Отсель до Воркуты...»
Был Упокой вооружён,
С приёмами знаком,
В одном кармане самогон,
«Черёмуха» — в другом.
Смиренный, как христианин,
Я выслушал его:
Один мы были на один,
Он правил торжество.
С дубиной праведной в руке,
Почти родной отец,
Как Ленин на броневике,
Как Ельцин, наконец.
Я Упокою отдал честь
И штраф, и часть вина,
Я понял: власть, какая есть,
Всегда права она.
И Упокой сказал: «Ну, вот,
Усвоил, вшивота?..»
А мимо брёл и брёл народ —
Сплошная лимита.
Товарищ брёл, и господин,
И просто идиот,
Но глаз не поднял ни один —
Безмолвствовал народ.

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-07-15
Роман «Жизнь Арсеньева» — совершенно новый тип бунинской прозы. Он воспринимается необыкновенно легко, органично, поскольку постоянно будит ассоциации с нашими переживаниями. Вместе с тем художник ведет нас по такому пути, к таким проявлениям личности, о которых человек часто не задумывается: они как бы остаются в подсознании. Причем по мере работы над текстом романа Бунин убирает «ключ» к разгадке своего главного поиска, о котором вначале говорит открыто. Потому поучительно обратиться к ранним редакциям, заготовкам к роману.
2015-07-15
В 1895 году Бунин впервые попал в Петербург. Познакомился там сначала с публицистами-народниками: Михайловским и Кривенко, а вскоре с писателями — Чеховым, Эртелем, поэтами Бальмонтом, Брюсовым. Издательница Попова выпустила в свет первую книжку бунинской прозы «На край света и другие рассказы» (1897).
2015-07-05
Немаловажная проблема, когда мы говорим о Есенине сегодня и завтра, самым непосредственным образом связанная с пребыванием поэта в Европе и Америке: встречей «лицом к лицу» с русской эмиграцией — и прежде всего, с возникшим на Западе после Октября 1917 года русским литературным зарубежьем.