Марьина Роща

Марьина-шмарьина Роща.
Улицы, словно овраги.
Синяя мятая рожа
ханурика-доходяги.

Здесь у любого мильтона
снижен свисток на полтона,
а кобура пустая —
стырит блатная стая.

Нет разделений, — кроме
тех, кто стоит на стрёме,
и прахаристых паханов —
нашенских чингисханов.

Финка в кармане подростка,
и под Боброва причёска,
а на ботинке — зоска,
ну а в зубах — папироска.

В эти прекрасные лица
нас изрыгнула столица,
как второгодников злостных,
в школу детей подвопросных.

Каждому педсовету
выхода не было проще:
«Что с хулиганами? В эту —
в ихнюю Марьину Рощу».

Норовы наши седлая,
нас приняла, как родимых,
школа шестьсот седьмая —
школа неисправимых.

Жили мы там не мрачно —
классные жгли журналы
и ликовали, как смачно
пламя их пожирало.

Плакали горько училки,
нас подчинить не в силе, —
помощи скорой носилки
заврайоно выносили.

Типы на барахолке —
Марьиной Рощи маги —
делали нам наколки:
«Я из Одессы-мамы».

Нас не пугали насмешки
за волдыри и чирьи,
и королевы Плешки
нас целоваться учили.

Милая Марьина Роща,
в нас ты себя воплотила,
ну а сама, как нарочно,
канула, как Атлантида.

Нет, мы не стали ворами
нашей Москвы престольной,
стали директорами
школ, но — увы! — пристойней.

Даже в учёные вышли,
даже летим к созвездьям,
даже кропаем вирши,
даже в Америки ездим.

Но не закормит слава,
словно блинами тёща, —
ты не даёшь нам права
скурвиться, Марьина Роща.

Выросли мы строптиво.
Мы — твоего разлива,
пенные, будто пиво,
крепкие, как крапива.

Поняли мы в твоей школе
цену и хлеба и соли
и научились у голи
гордости вольной воли.

И не ходить в хороших
ученичках любимых
тем, кто из Марьиной Рощи —
школы неисправимых.

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-07-06
По свидетельству современников, ранняя и неожиданная смерть Александра Ширяевда была в судьбе Есенина первой и, может быть, единственной невосполнимой потерей. «В ту страну, где тишь и благодать», ушел, не попрощавшись, не просто необходимый собеседник, верный соратник по литературной работе. Ушел человек из разряда тех, чье существование для его окружения естественно, как вдох и выдох, и чье отсутствие на празднике жизни делает его, этот праздник, неполноценным.
2015-07-21
Сопоставление идей многих произведений писателя, посвященных теме любви, говорит о том, что он ищет некий «общий знаменатель» несовершенства жизни, выявляет то, что нарушает ее гармонию, разъединяет людей, уродует прекрасное и разрушает доброе.
2015-07-21
Одоевцева, одна из молодых писателышц-эмигранток, жена Иванова, примыкавшего в России к акмеистическому кругу, любимая, по ее утверждению, ученица Гумилева, недавно выпустившая книгу о нем, так писала о Кузнецовой: «Нет, ни на Беатриче, ни на Лауру она совсем не похожа.. Она была очень русской, с несколько тяжеловесной, славянской прелестью. Главным ее очарованием была медлительная женственность и кажущаяся покорность, что, впрочем, многим не нравилось».