Луч

Сквозь расшатанные доски,
В щель сарая, в душный мрак,
Ярко-огненные блёстки
Проскользнули, как маяк.

И ложится жёлтой змейкой
На стене и на полу,
По доскам и под скамейкой
Луч, прорвавшийся во мглу.

Мимолётной песни звуки,
Жизнь, блеснувшая во тьме,
И от выстраданной муки
Мысль, рождённая в уме, -

Это также только пятна,
Только краткий отблеск в щель
Из природы необъятной,
Где один закон и цель...

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-06-04
Более двадцати лет тому назад поднимался я впервые по широкой лестнице старого дома в одном из тишайших московских переулков близ Арбата. Было странно сознавать, что когда-то и Александр Блок подходил к этой дубовой двери на втором этаже и нажимал на черную кнопку старинного электрического звонка.
2015-07-06
По свидетельству современников, ранняя и неожиданная смерть Александра Ширяевда была в судьбе Есенина первой и, может быть, единственной невосполнимой потерей. «В ту страну, где тишь и благодать», ушел, не попрощавшись, не просто необходимый собеседник, верный соратник по литературной работе. Ушел человек из разряда тех, чье существование для его окружения естественно, как вдох и выдох, и чье отсутствие на празднике жизни делает его, этот праздник, неполноценным.
2015-06-14
В России век девятнадцатый стал веком трагических судеб, а двадцатый — веком самоубийств и преждевременных смертей. По словам Блока, «лицо Шиллера — последнее спокойное, уравновешенное лицо, какое мы вспоминаем в Европе». Но среди русских поэтов мы не встретим спокойных лиц. Прошлый век был к ним особенно жесток.