Иринка хочет домой

Бросает к нам в окна ветер прямой
Гомон восточного рынка.
«Папа, когда мы поедем домой?» —
Спрашивает Иринка.

«Мы дома и так», — говорю я в ответ,
Комкая край занавески.
Качает головкой она: «Нет, нет,
Дом наш не здесь, а в Смоленске».

Гляжу на неё, удержав с трудом
Тягостный вздох потери:
«В Смоленске немец забрал наш дом,
Поставил пушку у двери.

Сидит он там лютого волка лютей,
Ломает твои игрушки
И взрослых людей, и малых детей
Расстреливает из пушки».

А дочь к моему прижалась плечу,
Задумчивая не по-детски:
«Папочка, милый, домой хочу,
Когда мы будем в Смоленске?»

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-04-07
Почему же только месяц, когда я прожил в Ташкенте не менее трех лет? Да потому, что для меня тот месяц был особенным. Сорок три года спустя возникла непростая задача вспомнить далекие дни, когда люди не по своей воле покидали родные места: шла война! С большой неохотой переместился я в Ташкент из Москвы, Анна Ахматова — из блокадного Ленинграда. Так уж получилось: и она, и я — коренные петербуржцы, а познакомились за много тысяч километров от родного города. И произошло это совсем не в первые месяцы после приезда.
2015-06-24
Начало моего знакомства с Анной Андреевной Ахматовой относится к 1924 году, когда ее близкая подруга О. А. Глебова-Судейкина уезжала за границу, а друзья моих родителей въезжали в освобождавшуюся квартиру О. А. Глебовой-Судейкиной в доме на углу набережных Невы и Фонтанки.
2015-06-04
Александр Блок, воспитываясь в семье матери, урожденной Бекетовой, мало знал своего отца и редко встречался с его родственниками — Блоками, живущими в Петербургу Но это вовсе не значит, что семья Блоков не оказала пусть скрытого, но существенного влияния на его личность и творчество. Наибольший интерес в этой разветвленной семье представляет для нас характер отца поэта — Александра Львовича Блока, — человека незаурядного, во многом загадочного, не оцененного по достоинству современниками да и потомками.