Гостиничный ужас описан...

Гостиничный ужас описан...
Я чувствую этот ночлег, -
Как будто на нитку нанизан
Мой ставший отчётливым век, -

Где кубики школьного мела
Крошились, где пел соловей,
Где я ни на миг не сумела
Расстаться с гордыней своей,

А вечно искала подвоха,
И на люди шла как на казнь,
И страстью горевшая - плохо
Хранила простую приязнь, -

Любимый! А впрочем, о ком я?
Ушёл и растаял вдали.
Лишь падают слёзы, как комья
Сырой похоронной земли.

Но главное: в пыточном свете,
Когда проступают черты,
Мои нерождённые дети
Зовут меня из темноты:

«Сюда!» - Погодите до срока.
А нынче, в казённом жилье,
Я проклята. Я одинока.
Я лампу гашу на столе.

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-04-08
«Хорошо прожитая жизнь — долгая жизнь». Это изречение Леонардо да Винчи по отношению к Анне Ахматовой справедливо вдвойне. Она не только хорошо, достойно прожила свою жизнь, но срок, отпущенный ей на земле, и в самом деле оказался удивительно долгим. Однако, радуясь творческому долголетию Ахматовой, нельзя не сказать о некоторых особенностях мемуарной литературы о ней, проистекающих из этого фактора. Почему мы имеем столь богатую мемуарную литературу об Александре Блоке или Сергее Есенине?
2015-07-06
Я очень люблю стихи Есенина... Есть в есенинской певучей поэзии прелесть незабываемая, неотразимая. Так писал в конце 1950 года в эмиграции бывший поэт-акмеист «второго призыва» Георгий Адамович. Тот самый, который при жизни Есенина называл его поэзию до крайности скудной, жалкой и беспомощной, а в воспоминаниях, опубликованных в парижском «Звене» в начале 1926 года, заметил: «Поэзия Есенина — слабая поэзия»; «поэзия Есенина не волнует меня нисколько и не волновала никогда»
2015-05-19
Блок и Белый появились в переломный для русского символизма момент. «Так символически ныне расколот, — писал Белый, — в русской литературе между правдою личности, забронированной в форму, и правдой народной, забронированной в проповедь, — русский символизм, еще недавно единый.