Диана

По берлинской безумной улице,
Где витрины орут в перекличке,
Где солдат безногий у стенки сутулится,
Предлагая прохожим спички, -
Там, играя зрачками, с цепочкой вдоль чрева,
Пролетает новейший продукт,
Экзотический лодзинский фрукт,
Ева Кранц, тонконогая дева.
Макароны цветной бахромы
Вьются в складках спадающей с плеч кутерьмы...
Узел кос - золотистей червонца, -
Разве перекись хуже, чем солнце?
На губах две сосиски пунцовой помады,
Сиз, как слива, напудренный нос,
Декольте - модный, плоский поднос,
И глаза - две ночные шарады:
Мышеловки для встречных мужчин, -
Эротический сплин всё познавшей наяды,
Или, проще сказать, атропин.
А в витринах её двойники, манекены из воска,
Выгнув штопором руки над взбитой причёской,
Улыбаются в стильных манто
На гудки вдаль летящих авто...
Ева Кранц деловой человек -
В банк: свиданье, валюта и чек,
В ателье красоты: маникюр и массаж,
В магазины: подвязки, шартрез и плюмаж,
Карандаш, выводящий усы,
Рыжий шёлк для отделки лисы,
Том Есенина, красный монокль
И эмалевый синий бинокль...
Столько дел, столько дел!
А навстречу оскалы мужчин,
Гарь бензина, шипение шин
И двухструйный поток расфуфыренных тел.
На углу обернулась: «Ах, Жорж?!»
Подлетает поношенный морж,
Сизобритый, оттенка почти баклажана,
Перетянут под мышками вроде жука.
Попугайский платок из кармана,
А глаза - два застывших плевка...
Посмотрите на Еву:
Брови - вправо, ресницы - налево,
Бёдра томно танцуют канкан, -
Рот - коварно раскрытый капкан...
Берегись, баклажан!

На берлинской безумной улице,
Где витрины орут с рассвета,
Где солдат безногий у стенки сутулится -
Вы, конечно, видали всё это.

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-07-15
Недалеко от Парижа, в маленьком городке Сен-Женевьев-дю-Буа, на православном кладбище, среди многочисленных захоронений наших соотечественников, есть скромное надгробие, на котором начертано всемирно известное русское имя: Иван Алексеевич Бунин. Свыше тридцати лет покоится его прах во французской земле. Но только в последние годы стали писать о трагической судьбе на чужбине, о забвении священной могилы выдающегося художника.
2015-08-27
В 1914 году Цветаева познакомилась с московской поэтессой Софьей Яковлевной Парнок (1885—1933), которая была также и переводчицей, и литературным критиком. (До революции она подписывала свои статьи псевдонимом Андрей Полянин.) Позднее, в двадцатых годах, у Парнок вышло из печати несколько сборников стихов.
2015-07-06
По свидетельству современников, ранняя и неожиданная смерть Александра Ширяевда была в судьбе Есенина первой и, может быть, единственной невосполнимой потерей. «В ту страну, где тишь и благодать», ушел, не попрощавшись, не просто необходимый собеседник, верный соратник по литературной работе. Ушел человек из разряда тех, чье существование для его окружения естественно, как вдох и выдох, и чье отсутствие на празднике жизни делает его, этот праздник, неполноценным.