Авто-биография

Вертится колёсная резина,
Подминая время,
Как траву.
Выхлопы горящего бензина
Слышит век,
В котором я живу.
Я сто лет провёл в автомобиле,
В гору лез
И падал под откос.
Все биографические были
Связаны с вращением колёс.
На свету пылавшего сарая
Мы грузили мины,
Как дрова,
И, тротил по-детски презирая,
Забирались сверху в кузова.
На трясучем санитарном «ЗИЛе»
(От роду считавшемся «ЗИСом»)
Мы друзей
И нас друзья возили,
И судьба вращалась колесом.
Хлопали пробитые баллоны,
Словно в заколдованном кругу,
Ленты закордонного гудрона,
Как обмотки,
Путались в шагу.
А в одно злопамятное лето
У калитки плакала родня -
В лимузине вороного цвета
Увезли ошибочно меня.
В наледи уральского барака
Материл я эту колею.
Вертит,
Как шофёрскую баранку,
Время биографию мою.
Снова скаты месят непогоду,
Но теперь по-новому,
Всерьёз,
Рады мы безудержному ходу
В будущее мчащихся колёс.

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-07-21
Сопоставление идей многих произведений писателя, посвященных теме любви, говорит о том, что он ищет некий «общий знаменатель» несовершенства жизни, выявляет то, что нарушает ее гармонию, разъединяет людей, уродует прекрасное и разрушает доброе.
2015-07-21
Последние страницы второй книги «Жизни Арсеньева» посвящены поре мужания юного Арсеньева. Удивительная зоркость, тонкое обоняние, совершенный слух открывают перед юношей все новые красоты природы, все новые сочетания между ее компонентами, все новые и прекрасные формы ее созревания, весеннего расцвета.
2015-06-14
Кроме многих стихов книги второй, посвященных его любви к Волоховой, существует драма «Песня Судьбы», бесспорно, навеянная ею. Эта неудачная пьеса никогда не была поставлена; это, несомненно, — худшее из всего написанного им. Несмотря на то, что в ней ясно чувствуется влияние «Пера Понта», театра Гауптмана и Метерлинка, она любопытна своими автобиографическими мотивами и присущим главному герою умонастроением: он слишком счастлив со своей женой и покидает мирный очаг, чтобы вдали от дома узнать сердечные бури.