Сестры Цветаевы об Эллисе

2015-08-27
Цветаева, Марина Ивановна

«Чародеем» сестры Цветаевы называли поэта Эллиса.

В 1908—1910 гг. Иван Владимирович часто уезжал из Москвы. То он должен был ехать в Петербург в связи с передачей редчайшей египетской коллекции В. С. Голенищева, то в Каир на Всемирный археологический конгресс, а оттуда в Афины, в Европу приобретать слепки для музея. А. Цветаева вспоминает, что Эллис бывал у них дома ежедневно, «то, что не было папы, что низ дома был теперь, как верх, весь — наш, создавало дома особую свободу, мы шли в кабинет, на папин серый, с турецким рисунком и спинкой, старый диван. Там начинались Эллисовы рассказы. Под маминым портретом — в гробу».

Андрей Белый объяснял, что Эллис «проповедовал символизм», из-за чего отец «был в ужасе от влияния этого «декадента» на дочерей: они называли себя анархистками; в представлении профессора — Эллис питал их тенденции: ни в грош не ставить папашу».

Кобылинский Лев Львович (1874—1947) сотрудничал в журнале «Весы», автор книги «Русские символисты», принимал участие в кружке «Аргонавты». Умер в эмиграции.

Мировоззрение символистов, а это было не только мировоззрение, но и определенный стиль жизни, было чуждо И. В. Цветаеву. Панэстетизм символистов отстранял, а нередко и отвергал все иные жизненные нормы, кроме эстетических. Однако при своей доброте и терпимости И. В. Цветаев — до поры — относился к Эллису хорошо. Когда Эллис в Румянцевском музее вырезал страницы из библиотечных книг, и на него обрушились газеты, судебное разбирательство, тогда Марина Цветаева устремилась на защиту Эллиса и была против отца. В стихотворении «Бывшему чародею» есть и точка зрения отца, и ответ дочери:

«— Погрешности прощать прекрасно, да, но эту —
Нельзя: культура, честь, порядочность... О нет».
— Пусть скажут все. Я не судья поэту,
И можно все простить за плачущий сонет!

Гумилев к стихам Эллиса относился гораздо сдержаннее, чем Цветаева. Он писал: «Может быть, о своем мистическом пути, подлинно пережитом и ценном, г. Эллис мог бы написать прекрасную книгу размышлений и описаний, но при чем здесь стихи, я не знаю».

Статьи о литературе

2015-08-27
В 1914 году Цветаева познакомилась с московской поэтессой Софьей Яковлевной Парнок (1885—1933), которая была также и переводчицей, и литературным критиком. (До революции она подписывала свои статьи псевдонимом Андрей Полянин.) Позднее, в двадцатых годах, у Парнок вышло из печати несколько сборников стихов.
2015-07-06
Я очень люблю стихи Есенина... Есть в есенинской певучей поэзии прелесть незабываемая, неотразимая. Так писал в конце 1950 года в эмиграции бывший поэт-акмеист «второго призыва» Георгий Адамович. Тот самый, который при жизни Есенина называл его поэзию до крайности скудной, жалкой и беспомощной, а в воспоминаниях, опубликованных в парижском «Звене» в начале 1926 года, заметил: «Поэзия Есенина — слабая поэзия»; «поэзия Есенина не волнует меня нисколько и не волновала никогда»
2015-05-19
Блок и Белый появились в переломный для русского символизма момент. «Так символически ныне расколот, — писал Белый, — в русской литературе между правдою личности, забронированной в форму, и правдой народной, забронированной в проповедь, — русский символизм, еще недавно единый.