Новый портрет

2015-06-04
Блок, Александр Александрович

Художники редко писали портреты Александра Блока при его жизни. До сих пор наиболее известен пастельный портрет поэта, выполненный Константином Сомовым в 1907 году по заказу издателя журнала «Золотое Руно» Рябушинского и опубликованный в первом номере этого журнала за 1908 год. Сейчас портрет находится в Третьяковской галерее. Блоку он не нравился. «Портрет Сомова нисколько не похож на меня, и я не хочу его подписывать», — записал однажды поэт.

Карандашный портрет Блока создала Т. Гиппиус — он постоянно висел в комнате матери Блока, рисовали поэта также Миклашевский и Нерадовский. Существует еще один, мало известный портрет поэта, выполненный в 1909 году Иваном Кирилловичем Пархоменко.

В начале XX века И. Пархоменко задумал создать портретную «Галерею русских писателей». Один из писателей, позировавших ему, оставил интересные заметки о мастерской художника и его замысле: «Я повернут был к стене, занятой портретами. Чем далее я глядел на них, тем более они мне нравились, — и не отдельно, а массою. Без рам, этих несносных золотых рам, кричащих о рынке или выставке, они являли собою что-то тихое и умное, комнатное или кабинетное... Мне показалось чем-то невозможным разрознить галерею. Каждый отдельный портрет мало говорил бы собою: но, собранные вместе, они являли зрелище и любопытное и будящее много мыслей. Я стал входить во вкус Пархоменко, в мысль его, в план.

Я зарисую всю русскую литературу, добьюсь полноты «Галереи». И ни за что ее не разрозню... Купит «Галерею» кто или не купит — от решения этого вопроса я не пропаду: но я не испорчу своего дела, и ничего не стану продавать вразброд... Естественно, мне хочется, чтобы «Галерея» была куплена государственным учреждением, где она сохранится прочнее и цельнее. И вот я мечтаю, что и после моей смерти явится другой живописец, который продолжит мое дело, которое я рассматриваю как начинание; он пополнит «Галерею» портретами других выдающихся писателей, какие со временем будут появляться мало-помалу. И таким образом соберется полная, вполне полная .«Галерея русских писателей», начиная с нашего времени». Исполняя этот грандиозный замысел, Пархоменко создал более девяноста портретов писателей. Он писал Л. Толстого, Д. Мамина-Сибиряка, В. Короленко, В. Дорошевича и многих других. Возможно, интерес художника к портретам литераторов возник потому, что в конце девятнадцатого века сам он писал и печатал стихи.

Среди сохранившихся в государственных хранилищах и частных собраниях портретов «Галереи» — портрет Блока. Упоминание о сеансе у художника есть в письме поэта к матери: «Сегодня иду к Мережковским, — завтра — позировать художнику Пархоменко...»—сообщает Блок. Комментируя эти строки, М. А. Бекетова пишет, что портрет не был закончен и остался у художника. Но, оказывается, Пархоменко закончил портрет. Доказательство этому находим в статье, выдержки из которой приведены выше: «Во время сеанса я услышал еще подробность, очень ценную.

— Завтра последний день, и я буду рисовать глаза.

— Почему так поздно. Ведь глаза — главное.

— Именно оттого, что главное. Портрет должен быть схож до глаз: а то «с глазами», раз они удачно вышли, он будет схож и без сходства или удачи в остальных частях лица... Этого не надо. Пусть портрет будет похож в менее духовных своих частях, и уж тогда завершить его в главном,— в глазах, взоре». Безусловно, наиболее удались в портрете Блока художнику именно глаза, и портрет занял свое место в «Галерее». О его дальнейшей судьбе никаких сведений ни у самого Блока, ни в литературе о нем нет.

Заслуживает же этот портрет самого пристального внимания. Он относится к периоду очень важному в творческой судьбе поэта. Блок недавно вернулся из Италии и занят переработкой цикла итальянских стихов, готовит книгу статей об Италии. А в декабре 1909 года умирает в Варшаве отец поэта. В эти дни задумывает Блок «Возмездие» — трагическую поэму о необратимом историческом обновлении. Наступал 1910 год — один из наиболее кризисных и сложных для Блока.

С мирным счастьем покончены счеты,
Не дразни запоздалый уют.
Всюду эти щемящие ноты
Стерегут и в пустыню зовут.
Жизнь пустынна, бездомна, бездонна...

Эти строки были написаны через несколько дней после сеанса у Пархоменко, который вспоминал, что Блок «во время сеанса все время читал мне свои произведения. Голос у него был мягкий, вдумчивый, слова расставлял он не густо, в растяжку, и его приятно было слушать».

Такова судьба одного из портретов «Галереи русских писателей» Ивана Кирилловича Пархоменко, хранящегося сейчас в Институте мировой литературы имени Горького в Москве.

Статьи о литературе

2015-06-05
Для того чтобы понять глубину отношения Блока к такому сложному социально-политическому явлению, как Октябрьская революция, необходимо еще раз сказать о своеобразном, «музыкальном» восприятии Блоком мира. Он считал, что внешняя сущность окружающего скрывает глубокую внутреннюю музыкальную стихию, немеркнущее, вечно бушующее пламя, которое в разные исторические эпохи то вырывалось наружу, освещая благородным заревом мир, то глубоко скрывалось в недрах, оставаясь делом лишь бесконечно малого числа избранных.
2015-07-15
Заметный поворот в сторону вымысла в теме любви начинается с семнадцатой главы пятой книги. В поисках новой обстановки, пытаясь сбежать от гнетущей несправедливости своего положения, несходства характеров, разрушающего любовь, Арсеньев отправляется в поиски прибежища для больной души.
2015-06-04
Летом 1912 года Мейерхольд и его труппа дали несколько представлений в Териоках — небольшом финском водном курорте в двух часах езды по железной дороге от Петербурга. Артисты сняли на все лето просторный загородный дом, окруженный огромным парком. Именно сюда почти каждую неделю Блок приезжает к жене. Играют Стриндберга, Гольдони, Мольера, Бернарда Шоу. Любови Дмитриевне поручены ответственные роли, она в восторге. Она любит общество, веселье, переезды, оперу, Вагнера, танцевальные вечера Айседоры Дункан, всяческую жизнь и движение. Ее счастье радует Блока. Его чествуют в Териоках, но он все сильнее ощущает усталость.