Афиши

Иду
под липами
нависшими,
Где стынет утренняя тишь...
Москва обклеена афишами,
И всюду ты глядишь с афиш.
Твоё лицо,
так сладко спавшее
Под утро на моей руке.
И, вдруг
повсюду замелькавшее,
Ловлю вблизи и вдалеке.
То там,
где правила движения,
То у табачного лотка,
Хоть не имеешь отношения
Ты к производству табака.
Киоски,
парки,
учреждения -
Твоё лицо.
И оттого
Похож весь мир на день рождения,
На день рожденья твоего.
У входа в зал толпа расплещется,
Её ты снова победишь.
Но вот
идёт к тебе расклейщица
Со связкой новеньких афиш.
Она спешит.
Ей медлить некогда,
Афиши держит на весу
И вдруг привычно,
как бы нехотя,
Проводит кистью по лицу.
А я за ней слежу растерянно:
Ладони маленькой нажим -
И ты
зачёркнута,
заклеена
Внезапным именем чужим...
Где вы, афиши,
собиравшие
Когда-то нас на праздник свой,
Давно минувшие,
опавшие
На этой самой мостовой!
Нет,
с ними облик твой не вяжется.
В метро,
у входа в Лужники,
Твоя улыбка вновь покажется,
Под утро встав с моей руки.
И всё же, всё же мне мерещится
Тот самый день,
тот самый час,
Когда лицо твоё
расклейщица
Сотрёт с афиш в последний раз.

Авторизация через:

Статьи о литературе

2015-07-05
Подобно живой жизни, поэзия — всегда в вечном и неустанном движении к идеалу добра и красоты, в постоянном настойчивом стремлении запечатлеть в Слове неповторимый Лик родной земли. «...Моя лирика жива одной большой любовью: любовью к Родине. Чувство Родины — основное в моем творчестве». Есенин был убежден: «нет поэта без родины». Убежден с юношеских лет, с первых своих шагов в русской поэзии.
2015-06-04
Художники редко писали портреты Александра Блока при его жизни. До сих пор наиболее известен пастельный портрет поэта, выполненный Константином Сомовым в 1907 году по заказу издателя журнала «Золотое Руно» Рябушинского и опубликованный в первом номере этого журнала за 1908 год.
2015-07-21
Бедность, равнодушие издательств тягостно переносились Иваном Алексеевичем. Неизмеримо острее, однако, воспринимались страшные события, начавшиеся с приходом к власти фашистов. В октября 1936 года Бунин сам оказался жертвой их жестоких и бессмысленных порядков. В немецком городке Линдау он был задержан, раздет догола, грубо обыскан, бесстыдно допрошен. В результате писатель заболел и вынужден был, едва достигнув Женевы, вернуться в Париж.